|
Полуденная жара загнала всех в дома. Не слышно было даже детских голосов. Шатрова возилась в саду. Увидев нас, старушка поспешила навстречу, вытирая руки о передник.
- Можно? - спросил я.
- Почему же нельзя? Милости просим. Здрасьте, товарищ прокурор.
- Здравствуйте. А это следователь Инга Казимировна, - представил я Гранскую.
- Проходите в дом, - пригласила Шатрова, пропуская нас вперед. -Располагайтесь. - Она обтерла передником сиденья стульев. - Я мигом.
Мы с Гранской оглядели чисто прибранную комнату. Из красного угла смотрел святой с потемневшим от времени ликом.
Из-за чуть приоткрытой двери слышалось звяканье умывальника, плеск воды.
- Извините, товарищи. - Шатрова возвратилась и уселась на стул. Она была уже без передника.
Вести разговор я предоставил следователю.
- Вы в доме одна?
- Одна, одна. Евгений на работе.
- Я не пойму, он вам сын, внук?
- Да вроде бы как за сына. - Старушка разгладила несуществующие складки на простенькой скатерти.
- Приемный?
- Ага. Приемыш. А сказать по-честному, совсем родной.
- Вы, пожалуйста, объясните, Антонина Акимовна.
- Крестницы моей сынок. Появился без отца. Мать, когда Жене пошел пятый годик, померла. Нас с мужем бог детишками обделил. Вот мы и взяли его из деревни.
- Давно вы без мужа?
- Шестнадцать лет уж.
- Выходит, в основном одна его воспитывали?
- Ага.
- А что это он скачет с одной работы на другую? По месяцу не работает...
Шатрова вздохнула.
- Все из-за водки-злодейки. Много через нее терплю. До армии не пил. И такой пригожий был, справный паренек. Вернулся. Женили. Все чин по чину. И специальность в армии хорошую освоил - каменщик. Он в строительном батальоне служил... А тут связался с шабашниками. Подряжались строить частникам. И пошло. Я говорила Евгению, зачем он себя утруждает? Зарабатывал на стройке хорошо. Боялась я левых денег. Они ведь карман жгут. Считаются как бы лишними. И большинство их на пропой определяют. Старшие мужики похитрей его али поумнее, не шибко гуляли. Евгений же телок еще. Удержу не знал. Стал на работе прикладываться. Потом в семье разлад. Жена ушла и дочку забрала. Вот и докатился. Ни на одном месте долго удержаться не может... И-э-эх, горе-горькое...
- Выходит, вы и теперь его на свои деньги содержите?
- Да что деньги? Денег не жалко. Женьку жалко, родной ведь.
- Ему пора бы уж вам помогать, - покачала головой Гранская.
- Когда трезвый - золотой мужик. Сам сарай поставил, крышу перекрыл. С голубями любит возиться...
Раздался стук в дверь. Хозяйка открыла. На пороге стояли парень и девушка.
- Извините, вы Антонина Акимовна? - спросила девушка.
- Я буду.
- Здравствуйте. Нас прислала Полина Матвеевна. Вы, говорят, комнату можете сдать? Нас только двое - я и муж...
Шатрова растерянно оглянулась на нас.
- Милая, можете зайти попозже? Молодая пара нерешительно переглянулась.
- А что, у вас уже есть предложения? Мы будем платить, сколько скажете. Полина Матвеевна...
Старушка хлопотливо топталась на месте.
- Действительно, зайдите через час, - вежливо сказал я. - Просто Антонина Акимовна сейчас занята.
- Хорошо, хорошо, - быстро согласилась девушка. - Только, пожалуйста, имейте нас в виду... Извините.
Проводив квартиросъемщиков, Шатрова с виноватым видом возвратилась к столу.
- Вот некстати пришли, - сокрушалась она.
- Ничего, дело житейское, - сказал я.
- Приходится комнатку сдавать, - оправдывалась старушка. - Пенсия у меня небольшая. Ну, с огородика, сада чего продам... Все-таки две души...
Страница
|
:
: