|
|
|
3 Еще одна встреча с правом.
Злоключения любви. Мало кто из друзей Алексея и Марины встречали такую пылкую, романтическую любовь, как у них. Он спортсмен, недавно год-другой поражал всех отвагой каскадера на киностудии, ныне - руководитель группы спасателей МЧС, мастер спорта по альпинизму. Она, студентка старшего курса консерватории и одновременно преподавательница на полставки в музыкальной школе. Дело шло к свадьбе.
И вдруг - гром при ясном небе, в солнечную погоду. Марина вечером за неделю пере регистрацией брака прибегает домой, к родителям. И говорит: - Свадьбы не будет.
Никогда. Другой он человек. Уже сейчас думает о разводе. . .
В чем дело? Оказалось - в том, что в тот злополучный день Алексей в разговоре с Мариной о всяких мелочах при подготовке к свадьбе неожиданно предложил, и предложил настойчиво, заключить брачный договор. Контракт. Марину сразу же взорвало:
- Какой брачный контракт? Какой юридический договор, когда у нас - любовь? Значит что - уже сейчас будем готовится к разводу? К дележу скарба и шмоток? Не бывать никакой свадьбы! Никогда!
И побежала домой, не желая слушать никаких объяснений.
Слава Богу, близким знакомым марининой семьи оказался видавший виды адвокат, искушенный как раз в семейных делах. Собрались все вместе. И оказалось, что Алексей с учетом своей нестандартной работы и увлечений, затеял все это дело с брачным договором только для того, чтобы записать в договоре, что 2/3 всего его имущества - наличного и того, что он получит в будущем должно, наряду с раздельной собственностью, закреплено за Мариной. - А то ведь, -заметил Алексей, - при моих-то каскадерских фокусах и альпинистских увлечениях все может быть.
Когда страсти улеглись и адвокат ушел, Марина сказала: - Ну, что ж, тогда запишем в договоре и то, что мы ни в коем случае не будем обращаться в суд. Будем все решать по любви . . . Согласились и с этим. Но когда при регистрации брака в тексте контракта увидели запись о суде, юрист ЗАГСа сказал : - Такая запись об отказе обращаться в суд при удостоверении договора в нотариате не пройдет . . . Увы, любовь вновь наткнулась на какой-то "юридический камешек". Как быть?
Новый вывод о праве. - Предельная ("формальная") определенность. Когда речь заходит об юридических правах и юридических обязанностях, нередко у людей возникает представление о том, что в этой области главным становится не сама жизнь, не интересы человека, не его неподатливое, трепетное житие, а "бумаги" и "буква", да притом - такие, которые исходят из казенных канцелярий, чиновников и заскорузлых бюрократов.
Такие представления в немалой степени верны. Но надо знать, что при всех издержках и недостатках, относящихся к канцелярщине и бюрократизму (в любом добром деле есть какие-то теневые моменты, а тем более - издержки и крайности), именно "бумаги" и "буква" выражают решающее достоинство юридических прав и обязанностей, которое имеет первостепенное значение для нашей жизни, решения наших жизненных проблем.
Ведь все ранее указанные достоинства юридических прав и обязанностей (официальность, публичность; нормативный характер) имеют реальное значение не тогда, когда у нас существуют лишь какие-то мысли о возможностях и долге, о том, что "можно" и "должно", а лишь тогда, когда эти мысли и представления имеют строго определенный по содержанию характер и получают внешнее, "знаковое", в современных условиях - по большей части документальное закрепление. То есть приобретают характер формальной определенности. Мы можем иметь сколь угодно высокие представления о необходимости уважать женщин, детей, людей старшего поколения, но если бы не было таблички о местах "для пассажиров с детьми и инвалидов" (и плюс к тому - не содержались пояснения на этот счет в "бумаге" на планшете в салоне под названием "Привила для пассажиров") такого рода представления не имели бы характера официального и конкретного, строго обязательного правила "для всех".
Ведь именно через "бумаги" и "букву" оказывается возможным достигнуть того, что не под силу ни морали, ни нормам-обычаям, ни другим способам регуляции поведения людей - предельно точного, конкретного и детального определения возможного и должного поведения людей, условий такого поведения, последствий несоблюдения установленных здесь требований и т. д. И следовательно, -достигнуть максимальной определенности (и хорошо ведь! - формальной определенности!) во взаимоотношениях между людьми, во взаимоотношениями с властью, с чиновниками, во всех наших делах.
Кончено, далеко не всегда такая "максимальная определенность" необходима (нередко для человека требуется установление только "рамочных" нормативов и условий или исходных принципов, а все другое решается по договоренности). Не всегда нужной определенности удается в документах достигнуть практически (для того, чтобы "прописать" известные правила нужно владеть современным деловым языком, данными филологии и плюс к этому - приемами юридической техники, о важнейших из них дальше пойдет еще речь).
Но как бы то ни было, строгая определенность в поведении людей, необходимость ее четкого закрепления, - непременные требования современной цивилизации, показатель культуры, да и просто условие успеха, надежности в наших делах. Такая определенность достигается не только в юридических документах, идущих "сверху", от власти, но в наших частных документах - прежде всего в договорах. И это порой имеет существенное значение не только в деловой жизни, в производстве и коммерции, но и в наших сугубо личных делах, в самой что ни на есть высокой духовной жизни, даже - в любви (что сделать? - все высоко духовное, сугубо личное происходит
|
|
|
:
: