|
|
|
культура и т.д. Однако было бы весьма полезным, если бы каждый раз адвокат четко идентифицировал себя, в качестве кого он делает то или иное заявление: в качестве общественного деятеля или в качестве профессионального адвоката, представляющего интересы вполне определенного клиента (гражданина, организации, общественного движения или партии). Все вышесказанное представляется нам принципиально важным с точки зрения поддержания и возрождения престижа адвокатуры, поддержания ее репутации как профессионального союза, основанного на принципах гуманизма, добропорядочности и компетентности.
Множество этических проблем, которые адвокат обязан надлежащим образом разрешить, возникает и в той ситуации, когда адвокат принимает решение о поступлении его на государственную службу. В этой связи, мы считаем важным сформулировать специальное правило, регулирующее деятельность адвокатов по тем или иным причинам, перешедшим на работу в государственные органы власти и управления. Адвокат, находящийся на государственной службе, при исполнении своих официальных обязанностей должен придерживаться этических стандартов поведения в той же степени, в которой данные правила распространяются на практикующего адвоката. Такое правило надлежит применять к адвокату, избранному или назначенному на государственную должность любого уровня, независимо от того, получил ли этот адвокат данную должность в связи с его профессиональной квалификацией или по иным причинам и основаниям. В связи с тем, что данный адвокат занимается публичной деятельностью, адвокатская профессия может быть дискредитирована в результате нарушения адвокатом правил и стандартов профессионального поведения. Полагаем также, что данное правило в равной мере должны распространяться как на тех лиц, которые занимают государственную должность без выхода из состава коллегии адвокатов (естественно, при условии, если это допускается законом), так и на тех, которые покинули коллегию на определенное время (на время занятия государственной службой). Те же бывшие адвокаты, которые, заняв государственную должность, не считают для себя необходимым далее соблюдать это правило, а также те, кто наверняка знают, что не собираются впредь вновь возвращаться к адвокатской деятельности, не должны идентифицировать себя с адвокатской профессией. Идентифицировать себя с адвокатской профессией позволительно лишь такому адвокату, чьи действия на государственной службе не приводят к дискредитации адвокатского статуса в глазах общественного мнения.
Итак, прежде всего, адвокат, занимающий государственную должность, не должен позволять личным либо другим интересам вступать в конфликт с выполнением им своих государственных обязанностей. Адвокат, совмещающий свою частную практику с государственной должностью, не должен принимать поручение на ведение дела или консультировать клиента, если его обязанность перед клиентом может войти в конфликт с исполнением им официальных обязанностей по занимаемой должности. В соответствии со специальными правилами (при наличии таковых), применяющимися в отношении соответствующей государственной должности, адвокат, занимающий такую должность и предвидящий (имеющий возможность предвидеть) потенциальную возможность конфликта интересов, должен заявить о таком конфликте как можно раньше, и не принимать участие в рассмотрении, обсуждении либо голосовании в отношении дела по данному вопросу. В том случае, если какие-либо непредвиденные конфликты интересов все же возникнут, адвокату следует незамедлительно прекратить выполнение принятого им поручения, разъяснив клиенту, что государственные обязанности адвоката, занимающего государственную должность, превалируют в его деятельности.
Адвокат, занимающийся исключительно работой на государственной службе, обычно не сталкивается с такого рода конфликтами, но, тем не менее, он должен не допускать того, чтобы мнение, высказываемое адвокатом при исполнении государственных обязанностей, находилось под влиянием собственных интересов этого адвоката, либо под влиянием интересов лиц, имеющих с ним родственные отношения, либо совместные интересы в бизнесе, либо под влиянием интересов бывших или будущих клиентов, либо бывших или будущих партнеров и ассоциаторов.
Есть и еще одна проблема. Предположим, адвокат, покинув коллегию, перешел на государственную службу. И вот здесь, уже в ранге чиновника, он сталкивается со своим бывшим клиентом, в отношении которого, кстати, располагает определенной конфиденциальной информацией. Или, наоборот, уйдя с государственной службы, адвокат возвращается в коллегию и к нему обращается то лицо, вопросом которого он занимался еще будучи государственным чиновником. Согласитесь, что обе ситуации не очень просты с этической точки зрения.
На основании правила, касающегося конфиденциальной информации, адвокат, получивший такую информацию в силу своей государственной должности, должен хранить эту информацию в секрете, не разглашать и не использовать ее даже после того как адвокат оставит государственную должность. После прекращения государственной службы, лицо, ставшее адвокатом не должно браться за работу, по которой у него была конфиденциальная информация во время исполнения государственной службы, или за сохранение которой это лицо несло ранее ответственность. Такие действия свидетельствуют о не должном поведении адвоката, даже если основания для обвинений его в несанкционированном использовании такой информации на самом деле отсутствовали. Однако адвокат может участвовать в таком деле от имени органа власти, на который он ранее работал.
Мы всегда придерживались той точки зрения, что адвокат не должен совмещать адвокатскую практику с бизнесом. Однако подавляющее большинство авторов как российских, так и зарубежных, придерживается более мягкого подхода - адвокат может заниматься предпринимательской деятельностью, но при этом не должен идентифицировать себя в качестве адвоката. Наверное, логика наших оппонентов такова. Когда бизнесмен договаривается с бизнесменом, то он допускает мысль, что его контрагент может его обмануть. Когда бизнесмен договаривается о том же самом с адвокатом (пускай и действующим как бизнесмен) сама мысль о возможности обмана, в идеале, отсутствует. Как бы то там ни было, но поскольку доминирующая точка зрения сводится к тому, что занятия бизнесом для адвоката не возбраняются, мы постарались сформулировать этические требования к поведению адвоката в подобной ситуации, основываясь именно на этой, превалирующей
|
|
|
:
: