тии подвластные (верующие) повинуются власти несуществующего субъекта (бога).
Несуществующее божество может властвовать даже в светских государствах. Например, в традиционном христианстве не возбраняется общаться с государством, воздавать "кесарю кесарево". Но в секте "Свидетели Иеговы" сотрудничество с этим "порождением дьявола" запрещено. Верующие повинуются этому запрету и уклоняются от обязанностей. Их вера является сильнейшим мотивом подчинения избранному божеству и неповиновения государству. Американское государство требует от граждан получать обязательное образование. Но это противоречит религиозным нормам секты Амишей старого порядка. Государство проигрывает конкуренцию с властью бога и уступает ему33.
Это ли не доказательство того, что власть психологически самодостаточна?
Субъект может реально властвовать, даже не догадываясь о том и не выражая своих требований вовне. При тоталитарных режимах в состоянии страха, психоза люди порою выдумывают и исполняют такие требования, которые властитель еще не выразил и, возможно, никогда не заявит.
Не впадая в преувеличение, можно сказать, что каждый является носителем власти над собой и в конечном счете сам определяет ее границы. Внутренняя организация личности, ее психологический тип и подобные обстоятельства в огромной мере определяют поведение человека в государственно-правовых отношениях. "Влияние среды больше зависит от того, что человек с ней делает, как он к ней относится... человек в конечном счете сам решает за себя"34.
Прессу справедливо называют четвертой властью, хотя средства массовой информации не способны кого-либо обязывать. Они воздействуют на сознание и могут ослаблять либо укреплять мотивы к повиновению, внедрять солидарность с государством либо сеять враждебное, безразличное отношение к нему. Власть над человеком совершается в его сознании, состояние которого зависит от поступающей информации.
11 См.: Ньюборн Б. Судебная защита свободы слова и вероисповедания в Соединенных Штатах / Верховенство права. М., 1992, с. 143. м Франкл В. Человек в поисках смысла. М., 1990, с. 109.
32